Скандал вокруг Боголюбовского монастыря: «Идет война за души детей, лишенных детства!»
Школа-пансион в Суздале. В пятницу люди в камуфляжной и милицейской форме штурмуют стены обители. Что же надо стражам порядка? Оказывается, милиционеры хотят забрать оттуда детей, проходящих важными свидетелями по двум уголовным делам. Они дали показания о жестоких нравах, царящих в Боголюбском монастыре. И теперь их любыми путями хотят заставить молчать. Как возможно такое, спросите вы. Получается, возможно.
Эта история так разрослась, и так пополнилась новыми действующими лицами, что нужно вкратце пересказать ее суть. Осенью 2009 года девушка по имени Валя Перова рассказала журналистам о внутреннем укладе детского приюта, который больше десяти лет действовал при Свято-Боголюбовском женском монастыре во Владимирской области. Детей там, по словам Вали, воспитывали жестко: постами, молитвами, непосильным трудом и ремнем.
После десятка проверок приют был расформирован, а настоятельницу монастыря лишили права опеки. Скандал замяли, мотивируя тем, что это "дело церковное". Детей же зимой перевели в другие учебные заведения. Больше 30 человек оказались в епархиальной школе-пансионе в Суздале. И вот с лета бывших боголюбовских ребятишек родители стали массово из суздальского пансиона забирать. А в начале октября директор пансиона Виталий Рысев обратился к СМИ за защитой. По его словам, фанатичные родители и руководство монастыря продолжают против воли детей делать из них монахов. Ксения Головченко и еще двое подростков вместе с заместителем директором школы пансиона Натальей Рей приехали в Москву и рассказали о фактах издевательств над детьми в монастыре. Так и появились два уголовных дела по статьям "Истязание" и "Незаконное лишение свободы".
Дети, выступившие против монастыря, проживают в суздальской православной школе. Работники монастыря их неоднократно пытались украсть. И вот новый виток боевых действий. Родители двух девочек Ксении Головченко и Любы Горбачек неожиданно захотели забрать своих чад из школы. Но матушка Наталья - супруга Виталия Рысева и администратор пансиона - девочку не отдала. А интернет взорвался сообщениями о "попытках монахов выкрасть детей из епархиального пансиона".
Темной ночью
Мы приехали в Суздаль, а вернее в Кидекшу, на следующий вечер. Фонарь у маленького сельского магазинчика единственный создавал светлый островок безопасности в черной как смоль и холодной как вода Каменки ночи. Древний, 12-го века собор вырисовывался
как декорация к роману Дюма. Я заглушил машину, и из темноты почти сразу появились две женщины. Татьяна Боровикова, председатель общественной организации "Много деток хорошо" согласилась встретиться с журналистами и изложить свою версию событий. С ней была ее помощница.
Потом почти одновременно из темноты появились три машины: "Лексус", "Тойота" и "Жигули". В "Жигулях" был дьякон Дмитрий Красовский. В других машинах с московскими номерами тоже какие-то люди. Поздоровались. Переставили машины поближе к храму. Побрели в темноте, нащупывая ботинками тропу, к небольшой церквушке. Кстати, внутри церкви священник сразу "открестился" от спутников, мол, я просто сельский поп, вы с ними разговаривайте. Зато в тепле и при свете я наконец смог рассмотреть их. Женщины в темных платках и немолодые мужчины с выправкой бывших военных оказались членами общественных организаций, выступивших в поддержку Свято-Боголюбовского монастыря вообще и требования родителей забрать всех "приютских" детей из суздальского пансиона - в частности.
«Нас не пустили»
- Вы представляете, там даже слово божие не преподают, - с места в карьер начала говорить одна из женщин. - Я своего сына забрала оттуда и отдала в летную школу!
- А в летной школе преподают слово божие? - изумился я.
- При чем тут это!
Маленький худенький чернобородый мужичок оказался папой Любы Горбачек. Его пальцы нервно дрожали:
- Мне и в прокуратуре, и в отделе опеке сказали, что я могу забрать ребенка. Я несколько раз ходил в школу-пансион. Бесполезно. Не отдают. В последний раз за мной приехала милиция. Меня даже пообещали на 10 суток посадить.
- А куда вы хотите забрать дочку?
- Я в родительском доме живу недалеко от Дивеево. У нас большое хозяйство, скотина. Двух поросят недавно забили. Там и школа есть. Просто хотел прошлой зимой, чтобы она с боголюбовскими подружками вместе была. Но теперь не хочу.
- А почему вы вообще отдали ребенка в монастырский приют?
- Я сам человек верующий, хотел, чтобы она получила хорошее воспитание, поэтому с 6 лет отдал ее в Боголюбово. Мы десять лет назад развелись с женой. Жена осталась на Дальнем Востоке, а мы с дочкой, которая, кстати, осталась со мной по решению суда, приехали сюда. Месяц назад жена умерла, так в пансионе даже не дали дочери съездить на могилу матери! Хотя я работал в этом пансионе, меня там хорошо знали. Но не разрешили!
В пятницу в семь вечера мы уже вместе с начальником МОБ Муратовым пришли в пансион забирать ребенка. Даже милицию сначала не пускали на территорию! Мы долго ждали, а потом Любу все же привели. Мы взялись за руки. Через решетку ведь не обнимешь. Она плакала, а потом спросила: "Папа, тебе дать пятьсот рублей?" Им деньги платят за показания! Те, кто выступал по телевидению получили по шесть тысяч рублей! Ксения купила себе телефон, косметику. ( Общественники одобрительно зашумели.)
- А Светлана Головченко готова свидетельствовать, что в пансионе над дочерью проводят психологические манипуляции. Ее письмо есть в Интернете, - сообщила Татьяна Боровикова. - Сама Светлана сейчас больна.
- От двух родителей Светланы Головченко и Евгения Горбачек были поданы в милицию заявления по поводу незаконного удержания их детей на территории пансиона, - резюмировала Елена Гильманова, член центрального совета объединенного общественного комитета "В защиту семьи, детства и нравственности".
- Милиция вместе с нами сначала отказывалась ехать в пансион. Это важно - пометьте. Когда мы устроили скандал, они поехали. Нас, общественников, родителей и милицию охранник в грубой форме не пустил. Никаких монахинь с нами не было! На все наши требования вызвать руководство, ни Виталий, ни Наталья не вышли. Воспитательница привела Любу и она с отцом пообщалась через решетку. Милиция, получается, потворствует! Если они и дальше будут бездействовать, мы подадим заявление и на них!
- А Ксения Головченко сказала своей матери по телефону, что она отрекается от нее. Моя, по сути, сказала то же самое, - печально сказал Горбачек. - Эти люди заставляют детей отрекаться от родителей!
Тут общественники засобирались. В девятом часу вечера они поехали во Владимир на встречу с архиепископом. Мы же на пути во Владимир повернули к пансиону...
"Это война за души детей"
Ворота у пансиона действительно мощные, кованые. Финансирует эту школу один из депутатов Госдумы, так что пансион явно не бедствует.
Охранник появился как только мы остановились у ворот. Однако на Рэмбо, способного в одиночку остановить общественников, родителей и всю суздальскую милицию, охранник не очень похож. Говорит спокойно, благожелательно. Дал свой телефон, чтобы мы могли пообщаться с матушкой Натальей и после этого пропустил на территорию школы.
Внутри школы тихо. Поздно уже. Но дети еще не спят. То один то другой промелькнет в коридоре, зыркнув любопытно в нашу сторону.Вскоре матушка появилась. Встала чуть поодаль сложив на груди руки: седая, прямая, напряженная.
- Дети не отрекались от своих родителей, не писали никаких заявлений на эту тему, - с порога заявила она. - То, что сейчас сообщили по телевидению - ложь. Они лишь просили оставить их учиться здесь.
- Матушка, объясните мне пожалуйста, почему боголюбовский скандал пошел по второму кругу? Кому это надо?
- Потому что 11 лет это безобразие покрывалось! Потому что детей заставили лгать после побега Вали Перовой. Три десятка детей оказались после приюта у нас. Мы отменили ночные молитвы, разрешили ходить в школьной одежде, а не в черном...
Хотя они пытались сами молиться по ночам. Их не интересовала учеба. Говорили, давайте мы лучше что-нибудь сделаем. Как же надо было изломать детей! Лишь к концу года они начали интересоваться учебой. А летом их хотели забрать в монастырь работать на полях. Как бы на каникулы. Родители (или как их назвать - у них даже паспортов нет) написали заявления, что повезут их домой. Но дети были при монастыре - я знаю! А к началу учебного года приехала монахиня. Как ее, не помню… Ксения, как зовут эту монахиню?
Девчушка, которая, явно любопытствуя, периодически шныряла по полутемному коридору, тут же подсказала:
- Корзевич. А можно меня не снимать? - попросила она, когда фотограф навел на нее камеру. Тот опустил объектив и девочка быстро ушла. Но я успел рассмотреть ее. Это была Ксения Головченко.
- Так вот, она хотела, - продолжила Наталья, когда девушка ушла. - чтобы с боголюбскими мальчиками занимали бывшие омоновцы. Отец Виталий отказал. После этого все родители мальчиков своих забрали, под предлогом, что те научились курить и еще какие-то глупости. А в сентябре начали и девочек забирать. Где теперь они?
- Но ведь это была их воля!
- Их воля? Их со слезами увозили! А эти семь оставшихся ни в какую не хотели возвращаться в монастырь! Да и какой это монастырь, если там живут мужчины и женщины! Мы хотим одного - уберечь детей!
- Но вы понимаете, что поступаете противозаконно: не даете возможности встретиться отцу и ребенку.
- Куда он ее увезет? У него нет паспорта, работы и места жительства. Он раньше с ней скитался, пока в монастырь не отдал. Летом он работал тут, получал небольшие деньги, встречался с дочкой на выходных. Но сейчас она важный свидетель и пострадавшая в деле. И им нужно любым способом вывезти девочку отсюда. Вот он и приехал сюда. Прямо из прокуратуры. Я говорю "Вы паспорт покажите!" А у него советский паспорт еще!
- А какое будущее у детей после вашей школы? У той же Любы?
- Она может поступить в любое учебное заведение. Все дороги открыты!
- Как вы думаете, за что идет эта война?
- За души детей, которые были лишены детства. Милиции я так и сказала: "Вы можете хоть десять дел на меня заводить, детей я не отдам!"
- По вашему мнению, как этот скандал отразится на репутации РПЦ?
- Никак. Природа человека такова. Всегда были сектанты: хлысты, бегуны, трясуны. Вот и здесь так. Они неверующие люди. Верующий должен любить Бога, любить ближнего своего. Церковь это мы все.
"Мы заберем детей!"
- Я была при Боголюбовском монастыре, - тихо сказала мне женщина, провожавшая нас к машине. - То, что сейчас оказалось на виду – лишь верхушка айсберга. Просто детей еще есть возможность уберечь от влияния монастыря.
Я набрал номер Татьяны Боровиковой.
- Татьяна Михайловна, вам удалось встретиться с архиереем?
- Он отказался с нами говорить. Но мы детей заберем!
Похоже, дети стали просто пешками в большой и серьезной игре.
КСТАТИ
В четверг 4 ноября во Владимире прошел митинг. Организаторы - Всероссийская общественная организация "Много деток - хорошо" выступили в защиту Боголюбского монастыря". На Соборной площади собралось около 500 человек. Интересно, что это мероприятие совпало с приездом во Владимир Евгения Горбачека - папы Любы Горбачек и Светланы Головченко - матери Ксении Головченко. Которые внезапно захотели, во что бы то ни стало, забрать своих девочек из епархиальной школы-пансиона в Суздале. Вряд ли это случайно...
А В ЭТО ВРЕМЯ
Суздальскую школу-пансион взяли в осаду
В воскресенье, 7 ноября, Евгений Горбачек и около полусотни активистов, поддерживающих Боголюбский монастырь, устроили пикет возле школы-приюта, требуя вернуть Любу Горбачек отцу.
За происходящим наблюдали сотрудники милиции, но они не вмешивались в конфликт.
Наш корреспондент передает с места событий:
- Верните мне дочь, - кричит Евгений Горбачек и картинно падает под колеса милицейской машины. Стражи порядка не реагируют. Они предпочитают не вмешиваться в происходящее, сохраняют нейтралитет. Толпа недовольна. Люди требуют, чтобы милиция помогла им проникнуть внутрь. Но их надеждам не суждено сбыться. Все ждут приезда отца Евлогия. Правда вероятность, что архиепископ Владимирский и Суздальский встанет на сторону сторонников монастыря мала. Все таки два уголовных дела против воспитателей монастыря – не шутка ...
Источник: http://www.kp.ru
Смотрите также:
